В Екатеринбурге продлили арест Ксении Гариной по делу о „финансировании экстремизма“

Суд продлил арест и передал дело по подсудности

Чкаловский районный суд Екатеринбурга продлил на полгода арест Ксении Гариной. Её обвиняют в финансировании «экстремизма» — из‑за перевода 993 рубля основателю проекта «АнтиПытки». Судья Игорь Шенаурин также передал дело по подсудности в Тулунский городской суд Иркутской области.

Гарина находится в СИЗО с октября 2024 года. В суде она рассказала, что дома её ждёт шестилетний сын и что годами не получала звонков.

«Я полтора года находилась в СИЗО и за это время мне не было звонков. Мой ребенок думал, что я просто умерла и не разговаривал. Когда он услышал мой голос, хотя бы начал упоминать меня и сказал, что маму убила полиция, потому что при задержании люди с автоматом стояли возле кровати и не давали ему подойти».

По заключению психолога и врача‑невролога, приобщённому к материалам защиты, у ребёнка развилась посттравматическая реакция: он закрывает уши от минорной музыки, уходит, замыкается и плачет; при упоминании матери проявляет острый стресс. Сейчас ребёнок ходит на индивидуальные занятия с педагогом‑психологом.

Ребёнка воспитывает 52‑летняя мать обвиняемой, которой в апреле диагностировали рак. Гарина опасается, что при ухудшении здоровья родственницы ребёнок может оказаться на попечении государства.

Обвинения и предыдущие этапы дела

По словам Гариной, в октябре 2024 года она была задержана по делу о вербовке и участии в «экстремистском сообществе» — в рамках расследования, связанного с авторами канала «АнтиПытки». 9 декабря 2025 года следствие якобы приостановило уголовное преследование и отпустило её под подписку о невыезде, но в тот же день вновь задержало и предъявило обвинение в финансировании экстремистской деятельности за перевод 993 рублей осенью 2022 года.

До задержания Гарина работала охранницей в одной из компаний в Тулуне. Она также рассказывала, что помогала ветеранам, а её брат ушёл на службу. Её муж — инвалид третьей группы. С просьбами о смягчении меры пресечения — домашнем аресте или подписке о невыезде — выступали ряд общественных деятелей и правозащитников.