О книге
В издательстве SamTamBooks вышла книга режиссёра Алексея Федорченко и киноведа Лиды Канашовой «Начальник сказок». Это антология жизнеописаний репрессированных в Советском Союзе учёных, построенная по особому принципу: за краткими документальными справками следуют галлюциногенно‑поэтические сказки, которые дают тексту кинематографическое ощущение.
Книга одновременно необычна по форме и глубоко эмоциональна. В ней успеешь и рассмеяться, и прослезиться: авторская манера сочетается со старомодной, почти сентиментальной привязанностью к человеческим судьбам.
Авторы и их подход
Алексей Федорченко, известный экпериментальными фильмами и склонностью сочетать, казалось бы, несовместимые стили, и Лида Канашова создали текст, где границы между фактом и вымыслом постоянно размываются. Их многолетнее увлечение редкими изданиями и биографиями стало основой для этой книги.
Структура и герои
Книга состоит примерно из пятидесяти коротких заметок, каждая посвящена одному или двум учёным. Их специализации поражают — математики, диалектологи, гидрогеологи, реставраторы икон, этнографы, иммунологи и многие другие. Почти все эти люди стали жертвами репрессий: расстрелы, тюрьмы, ГУЛАГи, голод и исчезновения повторяются в сотнях судьб.
Каждая глава начинается с лаконичной биографической справки — затем следует авторская «сказка», написанная в самых разных стилях: проза, драматургические заметки, фрагменты киносценария, рифмованные отрывки, заклинания и считалочки. После фантазии читателя возвращают в реальность короткие эпилоги о карьере и гибели героя.
«Для кого‑то Гейне — всё. Кто‑то зачитывается Вальтером Газенклевером. Кто‑то дня не может прожить без стихов Готфрида Бенна, а для меня высочайшая поэзия — «Справочник конно‑ручных работ», Москва, Сельхозгиз, 1936 год. Покажите мне хоть одну строчку Рильке, сравнимую по нежности с «Перечнем работ на живом тягле».»
Оглавление и названия глав сами по себе напоминают смесь Борхеса и раннего Пелевина: сюрреалистические и запоминающиеся формулировки создают особую атмосферу, где ирония соседствует с трагедией.
Авторы сознательно меняют тональность: визионерские образы отрывают читателя от тяжести исторической реальности и придают тексту летящую, почти воздушную интонацию. Обложка, на которой человек обретает крылья, отражает эту попытку частично снять горечь встреч с судьбами талантов, попранных государственным аппаратом.
Несмотря на относительную новизну авторов в литературной среде и то, что издательство впервые выходит в поле книг для взрослой аудитории такого рода, получился цельный и зрелый артефакт. Книга задумана как предмет: в бумажном варианте она раскрывается особенно полно, и электронная версия многое потеряет.
Эта книга, пожалуй, рассчитана на читателя с определёнными вкусами, но она и про всех нас: читая о судьбах столетней давности, невольно вспоминаешь недавние и нынешние новости о преследовании учёных и интеллектуалов. Список жертв пополняется, и внимание к таким историям остаётся важным.
Антон Долин
