Условия содержания политзаключённых: новые подробности недели
Политзаключённые продолжают сталкиваться с тяжёлыми условиями содержания, об этом сообщают правозащитники и сами заключённые.
Из Волгоградской области поступили сведения об адвокате Романе Мельниченко: у него началось ухудшение зрения в СИЗО, его перевели в больницу, но помощь не оказали из‑за нехватки финансирования; в августе руководство заставило его бегать после того, как он отказался подписать контракт на войну; против него возбудили дело по статье о дискредитации армии за антивоенные посты.
Сигнал来自 защитников калининградской адвокатки Марии Бонцлер: её перевозку в суд сопровождали тяжёлые условия — она оказалась в одиночной клетке внутри автобуса; во время одной из поездок она потеряла сознание; 25 сентября правозащитники сообщили, что Бонцлер всё же этапирована в суд. В СИЗО из‑за сырости и холода у неё обострились заболевания и проблемы с мочеиспусканием.
Самарский саксофонист Андрей Шабанов написал матери письмо о безысходности положения в колонии: у него вторая группа инвалидности из‑за тяжёлых заболеваний позвоночника и кожи, но в ИК ему не выдают матрас, а сокамерники называют его «обиженным» и не разрешают пользоваться кухней.
«Я ещё живой по одной причине — остаток веры, что всё ещё может случиться хорошо. Наверно мой последний шанс не угаснуть — обмен субъектами на российских политзаключённых в страны ЕС», — написал Шабанов в письме, опубликованном в СМИ.
Антифашист и фигурант «тюменского дела» Роман Паклин рассказал, что у него участились голоса в голове и панические атаки. Ему назначили дополнительную психиатрическую экспертизу, для чего его транспортируют в Москву. Ранее ему поставили шизофреноподобное расстройство и признали недееспособным. В группе поддержки рассказывали, что его психическое здоровье ухудшилось после пыток во время задержания в 2022 году.
В эфире интервью CNN бывший главред «Новой газеты» и лауреат Нобелевской премии мира Дмитрий Муратов показал фотографии российских политзаключённых. Он призвал включать их в обменные списки, а западных журналистов — чаще о них рассказывать.
