Считать, что текущие экономические и инфраструктурные проблемы вынудят российское руководство отказаться от курса, было бы ошибочно.
За последние недели масштаб украинских атак беспилотниками заметно вырос: атаки стали системными и приобрели широкий экономический эффект — обычные граждане начали лично ощущать последствия ударов по инфраструктуре.
Украинская кампания сосредоточена на стратегических целях: нефтеперерабатывающих заводах и терминалах, военно‑морских судах и глубокорасположенных предприятиях оборонной промышленности, что направлено на ослабление военной экономики соперника.
По всей стране фиксируют растущие очереди на автозаправках и перебои с поставками горючего — ситуация стала слишком заметной, чтобы её игнорировать даже властям.
Власти провели экстренные совещания и признали, что национальные запасы бензина снизились до тревожного уровня.
Рассматривается и полный запрет на экспорт дизельного топлива — шаг, который обсуждается после противоречивых заявлений различных чиновников.
При этом официальная риторика изменилась: теперь заявляют о необходимости минимизировать последствия терактов для гражданской инфраструктуры, тогда как ранее удары по объектам считались несущественными.
Ирония заключается в том, что раньше одна из центральных стратегий российской армии заключалась в целенаправленных ударах по украинской энергетике. Сейчас эта логика обернулась зеркально, и граждане в России начали ощущать ответные последствия.
Компромисс маловероятен
«За годы у лидера сформировался образ бескомпромиссного руководителя — это делает капитуляцию, отступление или даже компромисс крайне маловероятными и политически опасными для власти.»
По самым оптимистичным оценкам западных аналитиков, в результате конфликта пострадали и погибли сотни тысяч людей, а Россия до сих пор не контролирует все территории, на которые претендовала.
Любая договорённость, которую нельзя будет подать как решающую победу, рискует вызвать серьёзное внутриполитическое напряжение, поэтому поиск компромисса выглядит затруднительным.
Следовательно, даже острый дефицит топлива — серьёзная проблема для экономики и повседневной жизни — не стоит трактовать как сигнал к немедленной смене политики.
Дефицит бензина в России
Топливный кризис набирает обороты: официальные ограничения на продажу топлива вводятся примерно в нескольких десятках регионов, перебои с поставками и пустые заправки фиксируют более чем в восьмидесяти субъектах с учётом временно оккупированных территорий.
Из‑за нехватки бензина и дизеля местами ухудшилась работа общественного транспорта, возникли проблемы с вывозом мусора и обеспечением сельхозтехники. Розничные цены на бензин за неделю выросли на несколько процентов — крупнейший недельный скачок за последние десятки лет.
