Что происходит?
На начало июня ограничения на розничные продажи топлива были зафиксированы минимум в 14 регионах России — в том числе в Москве и Санкт‑Петербурге с областями, ряде центральных областей (Рязанская, Орловская), регионах Северо‑Запада (Псковская, Новгородская, Мурманская области, Карелия), в отдельных регионах Сибири (включая Красноярский край), пограничных с Украиной областях (Курская и Белгородская), а также на оккупированных территориях и в Крыму. В зонах с признаками дефицита живёт почти треть населения страны.
Кризис развернулся очень быстро — в течение месяца. Меры различаются по регионам: запреты на отпуск топлива в канистрах на независимых заправках, лимиты отпуска на один чек в сетевых АЗС, талонные системы и в ряде мест полный запрет свободной продажи.
В отдельных субъектах власти ограничили наличные продажи частникам на несколько дней, по старым талонам разрешается небольшой объём топлива (например, порядка 20 литров на человека), при этом на заправках организован контроль со стороны дежурных чиновников. Местные жители сообщают о многочасовых очередях и фактическом отсутствии бензина в продаже; у спекулянтов цены достигают нескольких сотен рублей за литр.
Розничные цены на топливо в стране регулируются, но за последние две недели рост уже виден и в официальной статистике: в конце мая наблюдался ускоренный рост цен на дизель и бензин.
Признаки дефицита наблюдаются и на оптовом рынке: предложение отдельных марок бензина сократилось в несколько раз по сравнению с весной, оптовые цены выросли. Одной из мер стало наращивание импорта топлива из соседней страны, одновременно вводятся запреты на вывоз горюче‑смазочных материалов и даже авиакеросина.
Причины кризиса
Топливный кризис имеет две основные причины: производственную — в пределах признанных на международном уровне границ России — и логистическую — на временно оккупированных территориях. Существенный вклад в нынешнюю ситуацию вносят удары и атаки на объекты нефтепереработки и транспортную инфраструктуру.
Что происходит на территории России
Весной и в мае удары по объектам топливной инфраструктуры затронули многие крупные НПЗ. По оценкам отраслевых экспертов, в мае переработка нефти снизилась заметно — порядка десятков процентов по сравнению с прошлым годом, что стало самым существенным падением с начала конфликта.
Изменение тактики ударов привело к повреждению не только простых, легко восстанавливаемых установок, но и оборудования вторичной переработки, часто импортного и санкционного происхождения. Вывод из строя ключевых установок на отдельных заводах автоматически снижает загрузку дальнейших стадий переработки.
При этом часть НПЗ оказались в неплановых ремонтах, что признали федеральные чиновники. Одновременно нефтяной экспорт в мае не упал и даже принёс дополнительные доходы бюджету за счёт внешней конъюнктуры, однако в стране ограничены возможности хранения «лишней» нефти.
На розничном уровне ограничения крупных вертикально интегрированных компаний встречаются реже — чаще вводятся лимиты мелкооптового отпуска, что особенно бьёт по независимым заправкам. Там, где введены лимиты в сетях, они пока велики (например, до 100 литров на чек) и не затрагивают большинство частных автолюбителей.
Что происходит в Крыму и на оккупированных территориях
На полуострове и в отдельных оккупированных районах наблюдается настоящий физический дефицит топлива, вызванный преимущественно логистическими проблемами и ударами по транзитным маршрутам и бензовозам.
Для атак по трассам используются дроны средней дальности — как с дистанционным управлением, так и на основе элементов искусственного интеллекта. За май зафиксировано большое число инцидентов с повреждением или уничтожением грузовых автомобилей, включая бензовозы; в последние недели активизировались и дистанционные минирования дорог.
Альтернативных безопасных маршрутов доставки топлива на полуостров практически нет: морские танкеры и паромы уязвимы для атак, железнодорожные паромы на линии в Керчь были выведены из эксплуатации, а проезд тяжёлых цистерн по мосту ограничен ещё с 2022 года. Всё это сужает возможности завоза топлива и усиливает дефицит.
Чего ждать дальше
Для материковой России наиболее вероятен сценарий не физического массового дефицита, а роста цен: власти могут смягчить ситуацию за счёт увеличения поставок из соседних стран, налоговых льгот и перераспределения транспортных мощностей. В стране сохраняются производственные мощности и резервы, а спрос неравномерен по сезонам.
Ситуация в Крыму выглядит значительно серьёзнее. Транспортные коридоры остаются уязвимы, а предложенные технические меры — усиление защиты объектов, развёртывание мобильных средств ПВО и систем противодействия дронам — потребуют времени и значительных ресурсов. Реального быстрого системного решения пока не просматривается.