По словам заместителя министра юстиции Олега Свириденко, только 4% граждан и организаций, внесённых в реестр иноагентов в 2025 году, получали деньги из‑за рубежа.
До 2022 года наличие зарубежного финансирования было обязательным условием для включения в реестр. Позднее закон дополнили положением об «иных формах влияния», что расширило основания для признания.
«Если бы сейчас этот единственный признак остался, то это было бы всего 4% иноагентов. Представляете, да? Где гуляли бы все остальные? А мы бы искали с Росфинмониторингом эти деньги, которых нет.»
По оценке ведомства, такие данные указывают на то, что большинство внесённых в список теперь попадают туда по причинам, не связанным с прямым зарубежным финансированием.
Иллюстративное изображение
