Екатеринбурженка Дарья Артемьева шла с двумя собаками привычным маршрутом до парка Маяковского. Через полтора часа одну из них, гриффона по кличке Тея, доставили в клинику в судорогах и с пеной изо рта — попытки реанимации не увенчались успехом.
«Почему кто‑то решил, что у меня не будет собаки?»
По словам Дарьи, Тея была воспитанной и неагрессивной собакой, никогда никого не кусала. Потеря вызвала у хозяйки растерянность и требование получить объяснение, как такое могло произойти.
Что происходит в городе
В этом сезоне в Екатеринбурге, по словам собаковладельцев и активистов, активизировались догхантеры — люди, целенаправленно травящие животных. На улицах находили розовые пятна на снегу, куски мяса с гвоздями и осколками стекла; от отравления страдают и бездомные, и домашние животные.
Самоорганизация жителей
Владельцы собак создали чат для обмена информацией и интерактивную карту, где любой может отметить место с найденной приманкой. На карте уже отмечено почти три сотни точек по городу.
Почему трудно добиться расследования
Главная сложность — доказать факт отравления. Вещество нужно исследовать быстро и только в аккредитованной лаборатории, однако такие анализы обычно проводят при наличии уголовного дела. Практика показывает, что правоохранительные органы возбуждают дела редко, особенно если пострадали только животные, и иногда переходят к расследованию лишь после ущерба для людей.
Из‑за этого собаковладельцы пытаются самостоятельно фиксировать инциденты и предупреждать соседей. Активисты и волонтеры также дают базовые рекомендации о том, как действовать, если питомец подобрал с земли подозрительный предмет или еду.
